Primary Menu

Александр Орешкин: «Я борюсь не за себя… я борюсь за справедливость!» / № 340

Буквально на следующий день после интервью с Игорем Соломоновичем Дзасоховым по поводу отстранения А. Орешкина от Про-туров EADC на участие ККМ-2021, комментатор В.Верховский поговорил и послушал версию «пострадавшей стороны».

Александр Львович, вы уже посмотрели выложенный на Ютуб комментарий Игоря Дзасохова по поводу вашей дисквалификации. Какая первая мысль вас посетила после просмотра?

— Да, Виталий, я действительно посмотрел это видео. Могу сказать, что Игорь Соломонович на 90% сказал правду. Может, даже чуть больше, чем на 90%. Однако оставшиеся 10% неправды кардинально меняют ситуацию.

Во-первых, Игорь Соломонович сказал о некой договоренности, что не совсем так.

Был ультиматум, а это разные вещи. Либо платишь и играешь, либо не платишь и до свидания.
Во-вторых, он сказал, что ему все платили с самых первых отборов, однако мы можем спросить у Жукова и Изотова и понять, что это не так. Они не платили. Это нюансы, не суть. Расскажу свою историю.

Когда я сумел выиграть отбор в первый раз, то находился в состоянии полной эйфории, и если бы Дзасохов сказал, что я должен отдать ему все призовые, то я согласился бы, наверное. Сыграть на большой сцене PDС дорогого стоит.

Однако главный фактор заключался в том, что я не знаю английского языка и не понимаю специфики покупки билетов и бронирования гостиниц за пределами России. Игорь Дзасохов делал все это за меня, оказывал мне огромную поддержку, по сути выполняя роль менеджера, очень хорошего менеджера. В разговорах с руководством PDС он позиционировал себя как мой агент. Я всегда считал, что плачу компании EADC в лице Игоря Дзасохова и Игоря Дружинина за их работу. Никогда финансовых вопросов у меня даже не возникало. До последней поездки на ККМ-2018 во Франкфурт.
Ни о каком фонде, о котором Игорь Соломонович сказал в видео, я даже близко не слышал. Я платил ему за работу, за его поездки.

Это всегда была фиксированная сумма в 10%, как было сказано в видео?

— Да, обычно это было 10%. За первый раунд на ККМ немного больше — около 500 фунтов. Деньги я ему передавал наличкой, специально приезжая в Москву.

Однажды находясь на турнире в Финляндии у меня состоялся диалог с супругой Марко Кантеле. Она является главой Скандинавской дартс-корпорации. Изначально в неё входили Дания, Финляндия, Швеция, Норвегия и Россия. Россию туда включили благодаря усилиям нашего клуба Pakki и Дмитрия Щепкина. Таким образом, PDС разрешила отбираться российским игрокам на ЧМ через Скандинавские про-туры. PDС выделяет таким корпорациям 5000 евро на призовые на каждый турнир, а взносы участников идут на общие расходы организаторов. Если удаётся экономить на этом, то часть взносов остаётся организаторам. Победитель там получает 1200 евро. За выход в полуфинал я получил 250 евро.

Предполагаю, что EADC получает такие же деньги, однако призовые за победу в про-туре — 12 тысяч рублей. Я не утверждаю, что PDС выделяет Дзасохову столько же денег, однако задуматься стоит.

Это повлияло на ваш настрой в сторону EADC? Вы пытались уточнить информацию более точно?

— Данная ситуация не была основной и главной. Расскажу о других вещах, которые наталкивают на определённые мысли.

Игрок, участвующий на ЧМ, имеет право на приглашение нескольких человек за специальный стол для команды дартсмена в день его игры. Однако я этом узнал уже постфактум от Бориса Кольцова и других игроков. То есть Игорь Соломонович формировал эти списки самостоятельно. У меня в Англии есть довольно близкие люди, которых я мог пригласить, однако попросту не знал о такой возможности.
Ещё интересный момент: у игрока на поло имеется 8 мест для размещения рекламы. 2 из них забирала PDС, а 4 EADC использовала по своему усмотрению. Все логотипы, которые размешались у меня на поло, были по инициативе Дзасохова.

Несколькими минутами ранее вы сказали, что до поездки на ККМ-2018 никаких финансовых вопросов не возникало, вас все устраивало. Что изменилось во Франкфурте?

— На про-турах я завоевал право на участие в ККМ. Анализируя прошлые поездки, я понимал, что Игорь Соломонович обеспечит меня билетами, гостиницей и нужной информацией. Однако за 10 дней до поездки я был в неведении. Со мной никто не связывался. Я решил позвонить ему сам, на что Дзасохов заявил, что он занят и сказал звонить Игорю Дружинину. Я позвонил Дружинину и уточнил, что мне делать. На что получил ответ, что они уже взяли билеты на троих и полетят Дзасохов, непосредственно Дружинин и зять Дзасохова. В гостинице номер трёхместный и для меня места не найдётся. Я резонно уточнил, что делать мне. Дружинин сказал звонить Кольцову. Маленькая ремарка: я никогда не покупал самостоятельно билеты заграницу.

Я правильно понимаю, вы надеялись на агентскую работу со стороны EADC, как это было всегда, однако этого не произошло?

— Совершенно верно.

Были какие-то предпосылки у этих изменений? Конфликты, разговоры, недопонимания?

— Абсолютно нет. Я был уверен, что все будет как обычно. Позвонил Кольцову, рассказал о ситуации. Он сказал, что мне нужно купить билеты из Шереметьево прямым рейсом во Франкфурт и передать информацию ему, чтобы его менеджер купил билеты на тот же рейс и забронировал гостиницу. Гостиницу решили взять до предпоследнего дня. Я зашёл на сайт по продаже авиабилетов и значительно переплатил, купив билет по цене более ста тысяч рублей. Потом мне сказали, что я допустил ошибку, но уже было поздно.

Ранее этим занимался Дзасохов и я не переживал.

Вопросами трансфера от гостиницы до стадиона и прочими организационными моментами занимался Борис. Игоря Соломоновича я видел один раз в ресторане, когда мы с Кольцовым шли на разминку. Он помахал рукой и отвернулся, даже не спросив о самочувствии и наличии проблем.

В день матча ситуация была следующей: мы показали не очень хорошую игру (поражение 4:5 от Испании, прим. автора) и вылетели. У Бориса супруга была на девятом месяце беременности и он принял решение лететь в Росси в ту же ночь. Я спросил, что делать мне. Борис сказал, что его менеджер купит билет и мне. Гостиницу за оставшиеся три дня нас компенсировать отказались. Билет на обратный полет обошёлся недорого, однако совокупные затраты на поездку получились внушительными. На каждый такой турнир я брал кредит, а после выплаты призовых гасил его.

После подсчета всех финансов в этот раз, я понял, что осталось на руках около 300 фунтов. Дзасохов через несколько дней мне позвонил и спросил, когда я привезу ему деньги. Я сказал, что денег у меня нет.

Сейчас важный момент: Игорь Соломонович сказал, что вы вообще не выходили с ним на связь по этому вопросу и не брали трубку.

— Нет, это не совсем так. На первый звонок я ему ответил и сказал, что денег у меня нет. На следующие его звонки я не отвечал. Их было около десяти. Это было, я этого не отрицаю.

Было такое, что вы говорили, мол, не будете больше играть на отборах и поэтому платить в этот раз не станете?

— Такого я никогда не говорил.

Основной причиной вашего нежелания платить комиссию в 10% стал тот факт, что в этот раз EADC не выполнила своей работы?

— Да. До этого я Дзасохову платил за то, что он работал как менеджер. И платил справедливо. В этот же раз он палец о палец не ударил. За что платить? Может быть, я неправ, однако я считаю иначе.
Я считаю, что такие устные договорённости, хотя я называю это ульматумом, должны быть четко прописаны на бумаге. Должны фигурировать права и обязанности обеих сторон, а не только то, что игрок должен заплатить, а вторая сторона ничего не должна.

По поводу фонда, о котором говорил Дзасохов: вы вообще ничего о нем не слышали? Вы считаете, что эти деньги он оставляет себе?

— Повторюсь, что для меня стало новостью появление какого-то фонда. Я всегда считал, что плачу ему за работу, и он говорил, что EADC является коммерческой организацией, которая тоже должна зарабатывать.

Юридически вообще никак эти взаимоотношения не оформлялись? Ни одной бумажки не было?

— Несколько лет назад Дзасохов предлагал подписать какие-то бумаги, однако до конкретики не дошло.

Как вы расцениваете ваш вчерашний недопуск на турниры? Официально по какой причине вы дисквалифицированы? Фраза главного судьи «за прошлые победы» выглядит полнейшим пробитием дна.

— Никаких официальных бумаг о моей дисквалификации нет. Этого я и хочу добиться. Дзасохов сказал, что это связано с нарушением договоренностей, но только на словах.

Вы собираетесь отстаивать свои права? Понятно, что с моральной точки зрения мнения могут разойтись. Здесь я не могу и не хочу занимать чью-либо позицию. Однако с точки зрения юрисдикции правда на вашей стороне абсолютно точно.

— Да, вы правы, Виталий, мнения действительно могут быть разными. Что касается отстаивания прав, я хочу попросить людей сделать перевод моего видео и отправить его в PDС. И ещё выложу в Фейсбук.
Если бы не случилось такой ерунды с поездкой во Франкфурт, то я бы с удовольствием продолжал сотрудничество с Дзасоховым. Когда удастся разрешить эти вопросы, я готов дальше оплачивать работу Игоря Соломоновича.

До поездки во Франкфурт у вас сложить положительное мнение о деятельности Игоря Дзасохова?

— Исключительно положительное. Если бы не было Игоря Соломоновича, то я бы многое потерял. Работал он замечательно, я ему очень благодарен.

Вы пробовали поговорить с ним нормально, по-человечески, по-мужски? Чтобы каждая сторона высказала свои претензии.

— Он высказал свою позицию в видео, я высказываю свою.

После возвращения из Германии, вы объяснили Дзасохову своё нежелание платить комиссию 10%? Сказали, что это было связано с отсутствием помощи с его стороны?

— Нет.

Почему?

— Сложно сказать. Я сообщил ему, что практически ушел в минус с этими гостиницами и перелетами. Я был очень зол. Возможно, я в этом неправ и стоило разъяснить ситуацию. Уверен, что это интервью дойдёт и до него. Может, мы эту ситуацию как-то решим.

В конце отойдём от этой темы. Понятно, что вам уже не удастся попасть на ККМ в этом году. Кого бы вы хотели видеть партнером Бориса Кольцова на этом турнире?

— Самому Борису, думаю, все равно. Сейчас есть два претендента, судя по первым двум турам — Горбунов и Изотов. Чисто психологически Борису, пожалуй, было бы лучше сыграть в паре с Антоном Колесовым или Алексеем Кадочниковым. Однако у них шансов уже гораздо меньше, чем у Горбунова и Изотова. Если выбирать между ними, то пусть будет Дима. Евгений — не командный игрок. Дмитрий же довольно позитивный молодой человек и может быть хорошим напарником, на мой взгляд.

Автор: Виталий Верховский

Комментарий этого интервью от Дзасохова И.С.

ОТПРАВИТЬ СТАТЬЮ ДРУЗЬЯМ:

Метки

Один комментарий - Написать комментарий

Оставить комментарий

двенадцать + четырнадцать =